Сетевое издание (ISSN 2308-9644) основано в 2013 году (свидетельство о регистрации Эл №ФС77-54909 от 26.07.13, выданное Роскомнадзором)
Учредитель и издатель: ФГБОУ ВО Башкирский ГАУ (ОГРН 1030204602669).
Редакция: 450001, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. 50-летия Октября, 34.; тел./факс: (347) 228-15-11; e-mail: electronic_bsau@mail.ru ; journal.bsau.ru; главный редактор: д.т.н., профессор Габитов И.И.
26.02.2014

П.В. Карев АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ ПОБЕДЫ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ

УДК 94 (47+57)

П.В. Карев

Антропологические факторы Победы в Великой Отечественной войне

Ключевые слова: военно-историческая антропология; воинские традиции; боевой дух; патриотизм; военная культура; национальная культура; духовные потенции; идеология; человеческий потенциал.

В конце ХХ в. в России начала активно формироваться новая отрасль исторической науки – военно-историческая антропология. Предполагается, что благодаря антропологическому подходу удастся раскрыть такие темы, которые недоступны или малодоступны для других подходов, например, психология подготовки к войне, восприятие войны современниками, внутриармейские отношения и военный быт, роль и значение военных обычаев, ритуалов и традиций, боевой дух противоборствующих армий и т.д.

В контексте названных тем, правомерно говорить о том, что каждое общество, народ, создают свою военную культуру, как систему сохранения и передачи социально значимой информации необходимой для вооруженной защиты своей независимости, территории и обладающей специфическими чертами. Главный признак военной культуры – это ее национальный характер. Военная культура российского общества имеет существенные особенности по сравнению с военными культурами других стран. Ее военные традиции насчитывают более чем тысячелетнюю историю. Существенными факторами, влиявшими на ее формирование и развитие, явились геополитические и социальные условия. Огромные территории, большие сухопутные и морские границы, отсутствие естественных препятствий, ограждающих ее от набегов восточных и западных соседей, вынуждали Россию к созданию мощной армии. Для народов России характерны широкое проявление чувств патриотизма, готовность с оружием в руках встать на защиту своего Отечества. За годы Великой Отечественной войны (1941 – 1945 гг.) в СССР было подано 20 млн. заявлений от добровольцев с просьбой зачислить в Красную Армию [1].

Важным направлением изучения военной культуры для военно-исторической антропологии является тема мотивации и боевого духа. Еще Наполеон считал, что во всяком военном предприятии успех на три четверти зависит от морального (духовного) порядка и только на одну четверть от материальных сил [2].

Тема духовных, морально-идейных истоков победы советского народа и Красной Армии в Великой Отечественной войне по-прежнему актуальная и дискуссионная.

Самые расхожие антисоветские и антироссийские «штампы» ссылаются на «генералов Грязь и Мороз», «бездарное руководство фюрера», «коммунистический фанатизм». Однако подобные пропагандистские штампы не отвечают, да и не могут ответить на вопрос, почему советский народ и Красная Армия, не смотря на поражения начального этапа войны, все-таки разбили самую совершенную в то время военную машину.

Истоки героизма и непобедимости советских солдат предопределены не только суровостью командования РККА, но в первую очередь их природной стойкостью, патриотизмом. Подобно тому, как люди поднимались на борьбу против монголов, тевтонских рыцарей, шведов, поляков, французов, так и сейчас, советские люди поднялись против захватчиков – на этот раз не под имперским, а под красным знаменем. Понимая это чувство, Сталин воскресил имена великих полководцев России былых времен, даже символы гонимой ранее православной церкви – и мобилизовал их всех на службу во имя победы. Очевидной так же была готовность проживающих в Советском Союзе всех национальностей присоединиться к священной войне против нацизма.

Вместе взятые, солдаты Красной Армии во время войны составляли сложную мозаику. Они представляли собой разные национальности и социальные группы. Они могли быть и мужчинами и женщинами, крестьянами, рабочими и служащими, пастухами и чиновниками, преступниками и представителями советской номенклатуры, призывниками и добровольцами. Хотя солдаты Красной Армии крайне отличались между собой по этническому и социальному происхождению, образованию, темпераменту и даже идеологии (например, бывшие дворяне, внутренне не ощущавшие себя советскими людьми или крестьяне, видевшие гибель своего хозяйства), но все вместе они являлись наследниками тех традиций, которые сформировали Российское государство и ее народ. Тоталитарная идеология не смогла уничтожить эту укорененность, по инерции люди оставались верны тем идеалам, которые закладывались веками. Невозможным, оказалось, сменить цивилизационную одежду на протяжении двух или трех поколений. Более того, успехи советского государства в войне заключались в том, что были использованы духовные потенции людей.

В годы войны состоялось примирение и сближение советской власти с Русской православной церковью и другими традиционными конфессиями. Несмотря на репрессии и тяжелое положение РПЦ, местоблюститель патриаршего престола митрополит Сергий, 22 июня 1941 г., сразу после объявления о начале войны, выступил с призывом к верующим встать «на защиту священных рубежей Родины». В его обращении были такие слова: «Фашиствующие разбойники напали на нашу родину… Повторяются времена Батыя, немецких рыцарей, Карла шведского, Наполеона… Вспомним святых вождей русского народа, например Александра Невского, Димитрия Донского, полагавших свои души за народ и родину» [3].

С подобными призывами выступили духовные лидеры других конфессий. Планы фашистского руководства на обострение межнациональных и межрелигиозных противоречий, восстание, прежде всего, мусульманских и других общин не оправдались. Имамы мечетей, в своих проповедях призывали правоверных сражаться с фашистскими захватчиками. В мае 1942 г. в Уфе состоялся съезд исламских деятелей, на котором, председатель Центрального духовного управления мусульман муфтий Габдрахман Расулев напомнил верующим слова Пророка: «Любовь к Родине и ее защита являются одним из условий веры». Мусульмане Поволжья, Урала, Северного Кавказа имели славные боевые традиции и немалый опыт участия в военных действиях в составе вооруженных сил еще царской России [4].

В 1942 г. крупнейшие иерархи были привлечены к участию в работе Комиссии по расследованию фашистских преступлений. В 1943 г. по разрешению Сталина Поместный собор избрал митрополита Сергия Патриархом всея Руси. Церковь заняла активную гражданскую позицию: не только укрепляла патриотические чувства верующих, но и оказывала значительную материальную помощь государству. По инициативе митрополита Сергия были собраны средства на танковую колонну имени Дмитрия Донского.

С конца 1943 г. открываются для службы храмы, возвращается из лагерей православное духовенство. Русская история и национальная культура из объектов хулы и всевозможных нападок превратились в объект почитания. Хотя делалось это избирательно и непоследовательно, контроль государства оставался жестким, но положительный результат не замедлил сказаться повсюду – и на фронте, и в университетских аудиториях, среди партийных функционеров и простых крестьян. В условиях лишений военного времени, вера придавала людям силы на фронте и в тылу. [5]

Являясь важной частью культуры, очевидно, что религия, ее ценности и установки включаются и в военную культуру. Отечественный исследователь военной культуры, Гребеньков В.Н. отмечает, что «для русской военной культуры была характерна следующая последовательность: сперва надо воспитать душу воина, а затем прививать ему навыки боевого искусства…Отсюда служение Родине с оружием в руках – богоугодное дело. Религиозный фактор…сформировал такое качество, как жертвенность. Жертвенность во имя других и во имя исполнения своего воинского (трудового) долга…» [6].

Конечно, догмы официального коммунистического мировоззрения не отвергались и даже не пересматривались, но реальное содержание идеологической работы в массах обрело, несомненно, национально-патриотические черты. Имена Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова наряду с именем Ленина упоминались Сталиным в его речи на Красной площади 7 ноября 1941 г., как «вдохновляющие образы» в освободительной войне.

Массовый героизм красноармейцев привел к увеличению числа награжденных и учреждению новых орденов, не связанных с революционной традицией, а русской историей. На следующий день после сурового приказа № 227, 29 июля 1942 г. были учреждены ордена в честь великих русских полководцев Суворова, Кутузова и Александра Невского. Позже, когда советские войска освобождали Украину, был учрежден орден Богдана Хмельницкого. В марте 1944 г. появляются специальные морские ордена, носящие имена флотоводцев Ушакова и Нахимова. Всего в годы Великой Отечественной войны орденами и медалями были награждены 12 млн. человек. Советские солдаты действительно отличались особыми качествами: массовым повседневным героизмом, способностью терпеть бытовые лишения, коллективизмом, взаимовыручкой, которые основывались на вековых ментальных установках.

Сталин и советское руководство осознало необходимость обращения хотя бы к внешним атрибутам русских воинских традиций. Эти внешние атрибуты (в первую очередь, возвращение погон вместе с самим словом «офицер», которое официально не употреблялось до 1943 г.) копировались сознательно и последовательно, одновременно провозглашался и принцип наследования традиций, появилось словосочетание «традиции русского офицерства», а комсостав советских войск был объявлен носителем лучших из них. Под «традициями» понималось образцовое исполнение воинского долга, проявление мужества и героизма [7]. Возрождение ряда традиций, заимствованных у старого офицерского корпуса, безжалостно истребленного во время революции, Гражданской войны и массовых репрессий, не было пустой декларацией. В первую очередь, это отражало изменения в политике государства по отношению к армии: «признание, хоть и негласное, у народа защитника Отечества определенных прав; создание кадровой армии (гвардия как в старые времена, офицерский устав, столовая, клуб, укрепление вообще статуса офицерского состава); ликвидация «двуначалия» института военных комиссаров» [8] и как итог, отражающий качественные перемены войска, введение формы с погонами, встреченное «с интересом и удовольствием» [9]. Многие советские солдаты и офицеры действительно почувствовали себя наследниками и продолжателями славных побед русского оружия. Ведь возвращение прежней воинской атрибутики совпало с переломом в ходе войны и начавшимся наступлением Советской Армии.

В Великой Отечественной войне, так или иначе, нашли отражение почти все стороны жизни нашего Отечества того времени, спроецированные на экстремальную ситуацию войны с нацизмом. СССР мобилизовал весь свой ресурсный потенциал – экономический, оборонный, социальный, культурный, и т.д.

Выводы:

С точки зрения антропологической науки, в ряду многих факторов обусловивших Победу в Великой Отечественной войне ключевым оказался собственно человеческий потенциал в различных его проявлениях. Сюда мы отнесем:

Во-первых, демографические характеристики населения СССР, определившие его мобилизационные возможности.

Во-вторых, «качество» населения, т.е. культурный, образовательный уровень. Это и ценностные ориентации, и отношение к собственной стране, и устойчивость перед лицом смерти, и религиозные установки, и этнокультурные традиции, и военная культура.

В-третьих, степень внешней угрозы в войне с фашизмом, который в случае поражения СССР, привел бы к тотальному разрушению государства, его народа, культуры, вплоть до физического уничтожения населения.

Эти факторы сформировали моральный дух общества и армии в ходе войны. Не идеологические лозунги, не принуждение, не интересы классовой борьбы, а любовь к Отечеству, патриотизм, обращение к национальным традициям, нравственное и духовное превосходство определили, в конечном счете, Победу.

Список литературы:

1. Артамонов В.А. Боевой дух Русской армии XV – XX вв. // Военно-историческая антропология. Ежегодник, 2002. Предмет, задачи, перспективы развития. – М.: РОССПЭН, 2002. – С. 143. – (400 с.).

2. Бордюгов Г. Л. Великая Отечественная: подвиг и обманутые надежды // История Отечества: люди, идеи, решения. Очерки истории советского государства. М.: Политиздат, 1991. С. 271. (366 с.).

3. Горемыкина Л.И. Русская православная церковь в годы Великой Отечественной войны // Вторая мировая и Великая Отечественная война и современность: Тез. докл. и сообщ. науч.-практ. конф. Ч. III – Уфа: «Восточный университет», 1996. – С. 13. – (94 с.).

4. Гребеньков В.Н. Военная культура российского общества: философско-культурологическая концепция. Автореферат на соискание ученой степени доктора философских наук. – Ставрополь, 2011. [Электронный ресурс] URL: http://dissers.ru/avtoreferati-dissertatsii-filosofiya (дата обращения: 09.02.2014).

5. Нурулаев А.А. Мусульмане в Великой Отечественной войне. // Ислам и мусульмане России. Сборник статей. – М.: Издательство «КДТ», 1999. [Электронный ресурс] URL: http://www.info-islam.ru/publ/obzory/obzory/musulmane_v_velikoj_otechestvennoj_vojne/6-1-0-10322 (дата обращения: 09.02.2014).

6. «Послание пастырям и пасомым христовой православной церкви» митрополита Сергия от 22 июня 1941 г. [Электронный ресурс] URL: http://www.pravoslavie.ru/arhiv/35145.htm (дата обращения: 09.02.2014).

7. Песков В. Война и люди. М.: Молодая гвардия, 1979. С.117. (190 с.).

8. Сенявская Е.С. Психология войны в ХХ веке: исторический опыт России. – М.: РОССПЭН, 1999. – С.44. – (383 с.).

9. Сенявская Е.С. Указ. соч. С.116 117.

Сведения об авторе

Карев Павел Владимирович, кандидат философских наук, доцент кафедры истории и культурологии, Башкирский государственный аграрный университет. 450001, г. Уфа, ул. 50-летия Октября, 34. Тел.: +7 927 3085513. E-mail: antropos2012@mail.ru

Аннотация

Антропологический подход к истории вообще, и к военной истории в частности, является относительно новым для отечественной науки направлением. Среди изучаемых тем, такие как: психология подготовки к войне; восприятие войны современниками; внутриармейские отношения и военный быт; роль и значение военных обычаев; боевой дух противоборствующих армий; анализ ценностей, представлений и верований, ритуалов и традиций различных категорий населения в контексте войны; механизмы формирования героических символов, их роль и место в мифологизации массового сознания и т.д. В статье акцентируется внимание на антропологических факторах, сформировавших моральный дух общества и армии в ходе Великой Отечественной войны, таких как – патриотизм, этнокультурные традиции, религиозные установки, военные обычаи и традиции.

© Карев П.В.

UDC 94 (47+57)

P. V. Karev

ANTHROPOLOGICAL FACTORS OF THE VICTORY IN THE GREAT PATRIOTIC WAR

Key words: military and historical anthropology; military traditions; fighting spirit; patriotism; military culture; national culture; spiritual potentialities; ideology; human potential.

References:

1. Artamonov V.A. Fighting spirit of the Russian army in XV-XX centuries. Voenno-istoricheskaya antropologia [Military and historical anthropology]. Annals, 2002. Subject, tasks, development prospects. Moscow, ROSSPEN, 2002, p. 143. (400 p.).

2. Bordyugov G.L. Great Patriotic War: feat and the disappointed hopes. Istoria Otechestva: lyudi, idei, reshenia. Ocherki istorii sovetskogo gosudrstva [Fatherland History: people, ideas, decisions. Sketches of history of the Soviet state]. Moscow, Politizdat Publ., 1991, p. 271. (366 p.).

3. Goremykina L.I. Russian Orthodox Church in days of the Great Patriotic War. Vtoraya mirovaya i Velikaya Otechestvennaya voina i sovremennost’ [World War II and the Great Patriotic War and the present]: Conf. proc. Part III. Ufa, Vostochnyi universitet Publ., 1996, p. 13. (94 p.).

4. Grebenkov V. N. Voennaya kultura rossiyskogo obschestva: philosophsko-kulturologicheskaya kontseptsia [Military culture of the Russian society: philosophical and culturological concept]. Author’s abstract. Stavropol, 2011. [Electronic resource] Available at: http://dissers.ru/avtoreferati-dissertatsii-filosofiya (address date: 09.02.2014).

5. Nurulayev A.A. Muslims in the Great Patriotic War. Islam i musulmane Rossii [Islam and Muslims of Russia]. Collected papers. Moscow, KDT publishing house Publ., 1999. [Electronic resource] Available at: http://www.info- islam.ru/publ/obzory/obzory/musulmane_v_velikoj_otechestvennoj_vojne/6-1-0-10322 (address date: 09.02.2014).

6. «Poslanie pastyryam i pasomym khristovoj pravoslavnoj tserkvi» mitropolita Sergiya ot 22 iyunya 1941 goda» ["The message to pastors and Christ's pasomy of orthodox church" of Sergey metropolitan on June 22, 1941]. [An electronic resource] Available at: http://www.pravoslavie.ru/arhiv/35145.htm (address date: 09.02.2014).

7. Peskov V. Voina i lyudi [War and people]. Moscow, Molodaya gvardia Publ., 1979. p.117. (190 p.).

8. Senyavskaya E.S. Psikhologiya voiny v dvadtsatom veke: istoricheskij opyt Rossii [Psychology of war in the XX century: historical experience of Russia]. Moscow, ROSSPEN Publ., 1999. p. 44. (383 p.).

9. Senyavskaya E.S. Op. cit. pp. 116 – 117.

Data on the author

Karev Pavel Vladimirovich, candidate of philosophical sciences, associate professor of the history and cultural science chair, Bashkir state agrarian university. 450001, Ufa, 50-letiya Oktyabrya St., 34. Phone: +7 927 3085513. E-mail: antropos2012@mail.ru

Summary

Anthropological approach to history in general, and to military history in particular, is a relatively new direction for domestic science. Among studied subjects such as psychology of preparation for a war; perception of war by contemporaries; intra army relations and military life; role and value of military customs; fighting spirit of contradictory armies; analysis of values, representations and beliefs, rituals and traditions of various categories of the population in a war context; mechanisms of formation of heroic symbols, their role and place in a mythologization of mass consciousness, etc. Attention in the paper is focused on the anthropological factors that developed moral spirit of the society and army during the Great Patriotic War, such as – patriotism, ethnocultural traditions, religious installations, military customs and traditions.

© Karev P. V.


Возврат к списку